Булка с маслом

Sep 28, 2019
© pixabay, kboyd
© pixabay, kboyd

Cчастливое воспоминание из детства : я просыпаюсь в воздушной бабушкиной перине от летнего солнца и слышу, как бабушка тихо готовит на кухне. 

- Оленька, миланочка, проснулась? Чем завтракать будешь, блинчиками? Или сырничков нажарить?
- Бабушка, а можно и блинов, и сырников?
Кивает. Мне бабушка не может отказать:
- Только маме Люсе не говори, а то она меня опять заругает.
- Не скажу, бабулечка.
(У мамы я бы получила на выбор тёртую морковку или геркулесовую кашу). 

Бабушкины блины и сырники сопровождаются душистым клубничным вареньем и сметаной с деревенского рынка. Сметана была невероятной жирности и ложка в ней не только стояла, но и с трудом в эту сметану входила. А домашнее варенье было у бабушки на выбор: клубничное, земляничное, черничное, вишнёвое с косточками или без (с косточками вкуснее), малиновое и яблочное. Хранилось это богатство в кладовке, половину которой занимали папин гоночный велосипед ХВЗ "Спорт" и бабушкины мешки с сухарями. 
Бабушка пережила войну и голод и физически не могла выбросить несъеденный хлеб. 
Сухари эти грызть уже было невозможно, но расстаться с ними она никак не могла. 
Бабушка не признавала сладости, даже варенье, а самым большим её кулинарным пристрастием была Булка с Маслом. 
Батон белого хлеба бабушка Клава называла булкой. 

Если бабушке удавалось в гастрономе напротив купить свежеиспечённого хлеба, то она несла батон на груди под пальто или кофтой, легко взбегала на пятый этаж и, переобуваясь на ходу, звала меня: "Оленька, миланочка, скорей иди сюда,  хлебушек ещё тёплый". И глаза её озорно блестели, и морщинки светились радостью. 
Тут же ставился самовар. Бабушка отрезала себе толстый кусок хлеба (не горбушку, горбушку – мне) и аккуратно мазала его маслом. Чай она пила из блюдца.
Чай и булка с маслом – всё, что нужно для счастья.

Лет двадцать спустя я ужинаю с семьей мужа в ресторане с панорамным видом на виноградники Эперне. Мишленовские звездочки подмигивают и зовут к новым кулинарным открытиям. Ну, по крайней мере, они обещают нам интересную трапезу. 
Блюда заказаны, мы сидим за большим круглым столом, довольные и уставшие после насыщенного дня.
Тётя мужа отламывает маленькие кусочки хлеба, порционно намазывая их маслом, красиво и, очевидно, с удовольствием ест. Случайно её взгляд падает на мою пирожковую тарелку, нетронутую. Мари-Поль спрашивает: "Мa chère Оlga, ты не любишь хлеб ?" Я улыбаюсь и отвечаю: "Хлеба я в этой жизни уже поела достаточно, ma chère Marie-Paule". 
Она поправляет идеально уложенные волосы и говорит: «А для меня лучше всех десертов и пирожных - просто хлеб с маслом». 
Я искренне не понимаю, как элегантная состоятельная женщина и замечательный кулинар по совместительству, как она может любить обычный хлеб с маслом. Это же так скучно. А впрочем, о вкусах не спорят. Я ещё раз вежливо улыбаюсь, показывая, что на этом всё и тема может быть закрыта. 

А дальше я мысленно отвечаю Мари-Поль, что я уже достаточно поела хлеба, особенно в начале девяностых, когда у папы с мамой, инженеров, закончились продовольственные заказы на работе, зарплаты, а потом и сама работа. Я тогда очень хотела фруктов, горько по ним скучала. Знаете, некоторые хотят миллион алых роз или самолёт - белых, а я вот мечтала о ларьке c фруктами, такими красивыми, разноцветными, зовущими. Мама могла купить в этом ларьке лишь четыре маленьких яблока, всем ровно по одному. Я не хочу сейчас об этом думать, и хлеб я есть тоже не хочу. Я буду есть фуа-гра с конфитюром из инжира, лобстера с чёрным трюфелем, затем немного телячьей зобной железы, потом сорбет и, если не лопну, то ещё и сыра отведаю. Без хлеба. 
В начале первого десятилетия XXI века мне нужно всё: гребешки, мидии, улитки, лангустины, крабы, устрицы и всевозможные креветки, аргентийский стейк (c кровью) и незабываемую мраморную говядину Кобэ, желательно в одноименном городе. Мне хочется лобстеров. Лобстеры так хороши, что я учусь их готовить сама, с соусом по семейному рецепту (бабушки мужа). Франция радует паштетами и разными сортами сыров, и я отважно почти все их пробую, даже самые вонючие. Италия также манит сырами и десертами. И как это я раньше жила без грана падано, пармезана и горгонзолы? Без тирамису, c клубникой? Десерты – это вообще отдельная песня. Французские профитроли и эклеры, макаруны, плавучий остров иль флоттант и крем-брюле ; итальянские сабайон и панна-котта; нью-йоркский чизкейк, классический, из Джуниорс;  ещё невероятный бельгийский шоколад (и я пытаюсь узнать все вкусы бельгийских пралине, но Марколини и Нейхауз неустанно добавляют новые). Не упускаю возможность знакомства с любыми экзотическими фруктами. Мне хочется пробовать всё! Всё ! Если вы дочитали до этого места, то можно вас поблагодарить? За терпение. Ведь в этом длинном абзаце повествование сумбурно и местами нелогично. Я лишь старалась, без претензии и бахвальства, передать мои самые яркие вкусовые впечатления того времени (а они были сумбурны). Для тех, кто не осилил мой гастрономический поток сознания в данном абзаце и прочитал по диагонали, подытожу вышесказанное одним ёмким словом: «дорвалась».
И вот, спустя ещё почти двадцать лет, меня вдруг потянуло на борщ и окрошку. На винегрет и холодец с хреном. На сырники. Со сметаной.  
Если мне сейчас предложат выбор : маракуйя или редиска, я без колебания выберу редиску. Не смейтесь. И помечтаю о хрустящих домашних огурчиках, прямо с грядки, колючих и ароматных. 
Неожиданно я открыла для себя (та-да!) вкус хлеба с маслом. Этот простой, классический и настоящий вкус. Он пришёл ко мне как старый друг, с которым давно не виделись, но как будто и не расставались. Вкус хлеба с маслом - такой душевный и родной.
Поделюсь рецептом: вначале хорошенько проголодайтейсь. Например, погуляйте. На обратном пути заодно и хлеб купите, ведь для приготовления правильного бутерброда вам понадобится свежий хлеб. Хлеб подходит любой: чёрный, белый, только не горелый; пшеничный, ржаной, гречневый, отрубевой, зерновой, бездрожжевой, бородинский или французский, да хоть без глютена - главное, чтобы вам такой хлеб нравился. 
Также вам понадобится хорошее, добротное, свежее натуральное сливочное масло. С чистым вкусом и запахом. Не солёное. (Будет нужно – вы сами посолите его, солью крупного помола. Или поперчите, по настроению, вдруг вам захочется вкус поострее). 
Приготовление: отрежьте себе щедрый кусок хлеба и намажьте его от души маслом. 
Сядьте поудобнее, выдохните, улыбнитесь просто так и вдумчиво съешьте "булку" c маслом. Можете тоже мысленно передать привет своей бабушке и сказать ей спасибо.

Ольга Марусина

Голосовать за рассказ на конкурсе Open Eurasian Literature Festival and Book Forum 

© Ekaterina Verhees
 © Ekaterina Verhees

Bun and Butter

A happy childhood memory: summer sunshine wakes me up in my grandmother's fluffy feather bed and I hear Granny cooking quietly in the kitchen.

- Olinka, dear, are you awake? What would you like for breakfast? Pancakes? Or shall I fry you some ⁕syrniki? 
- Granny, may I please have both pancakes and syrniki? 
She nods. Grandmother cannot say “no” to me:
- But please do not tell your mother Lucy or she might reproach me again.
- I won’t say anything, my sweet Granny.
(For breakfast my mother would rather let me choose between raw rasped carrot and plain oatmeal porridge). 

Grandmother’s pancakes and syrniki were served with fragrant strawberry jam and sour cream from the local market. The sour cream was so fat that the spoon could hardly enter and stood upright. Granny had a variety of homemade jams to choose from: strawberry, blueberry, cherry, wild strawberry, raspberry and apple. Those treasures were kept in a pantry, half of which was occupied by my father’s racing bike HV3 “Sport” and by my grandmother's bags with breadcrumbs. Grandmother survived the war and famine and was physically unable to throw away any uneaten bread. 
Those breadcrumbs had turned into stones, but she just could not let them go. 
Granny had no taste for sweets, not even for jam, and her biggest culinary preference was bun and butter. 
My grandmother Claudia named a loaf of white bread a “bun”. 

When my grandmother was lucky to buy some freshly baked bread at the grocery store next door, she carried the loaf on her chest under her coat or jacket, easily ran up to the fifth floor and, while changing her shoes on the go, would call me from the corridor: “Olinka, dear, hurry up, come here, the bread is still warm”. Her eyes would shine joyfully, and her wrinkles would light up with happiness. 
⁕⁕A samovar was set immediately. Granny would cut herself a thick slice of bread (not the end, the end of the loaf was for me) and carefully spread butter on it. 
⁕⁕⁕She always used a saucer to drink her very hot tea.
Tea, bread and butter is all you need to be happy.

Nearly twenty years later we are having dinner with my husband’s family at a restaurant with panoramic views over Epernay vineyards. Michelin stars wink at me inviting to culinary discoveries. Well, at least they promise us an intriguing meal. 
Dishes have been ordered, we are sitting at a large round table, happy and tired after a busy day.
My husband’s aunt breaks off tiny bread pieces, butters each bit individually and gracefully eats with an obvious pleasure. Suddenly she spots my untouched bread plate. Marie-Paule asks: "Ma chère Olga, don’t you like bread?" I smile at her and answer: "I have already eaten enough bread in this life, ma chère Marie-Paule".
She touches her perfectly brushed hair and says: "For me bread and butter is the best dessert ever".
I sincerely do not understand how such an elegant wealthy woman also a wonderful cook, how she can love ordinary bread and butter. This is so boring. Anyway, tastes differ. I smile politely once again, showing that the topic may be closed.

And then I mentally tell Marie-Paule that I have eaten enough bread already, especially in those early nineties, when the USSR collapsed. When my father and mother, both engineers, ran out of ⁕⁕⁕⁕special food supplies at work (“zakazi”), lost their salaries, and then the work itself. I really wanted fruit back then, I bitterly missed fruit. You see, some girls dream about a million of red or white roses, while I dreamt of a fruit stall. With those beautiful, colourful and appealing fruits. Mom could buy only four small apples at this stall, one piece per person precisely. I don’t want to think about it now, and I don’t want to eat bread either. I will eat foie gras with fig jam, lobster with black truffle, a little bit of sweetbread (ris de veau), then some sorbet and after, if I don’t explode, I might have some cheese. Without bread.
At the beginning of the first decade of the 21st century I want everything: scallops, mussels, snails, lobsters, crabs, oysters and all kinds of shrimps, steak (with blood) and the unforgettable marbled Kobe beef, preferably in the city of origin. I crave lobsters. Lobsters are so good that I learn to cook them, with a sauce by old family recipe (from my husband’s grandmother). France delights me with different types of pâté and cheese, and I fearlessly try almost all of them, even the stinkiest ones. Italy also beckons me to savor its cheese and desserts. How on earth did I live without grana padano, parmesan and gorgonzola cheese? Without tiramisu served with fresh strawberries? 
Desserts are another story. French profiteroles and eclairs, macaroons, floating island (île flottante) and crème brûlée; Italian Sabayon and Panna Cotta; classic New York cheesecake from Junior's; incredible Belgian chocolate (and I'm trying to conquer all the flavours of Belgian pralines, but chocolatiers Marcolini and Neuhaus tirelessly add new ones). I don’t miss a chance to get acquainted with any exotic fruits. I want to try everything! Everything! If you have read until here, let me please thank you. For your kind patience. This long narrative paragraph is chaotic and sometimes illogical. I just tried, without pretentious bragging, to depict my most vivid food impressions of that period (and they were indeed chaotic). For those of you who could not master my gastronomic stream of consciousness and read the content diagonally, I will summarize the above paragraph briefly: "She was really going for it."
And now, almost another twenty years later, I unexpectedly started craving borscht and okroshka soups. An old simple beet salad (vinaigrette) and meat jelly (kholodets) with horseradish. I started craving syrniki, served with sour cream.
If today you offer me a choice: a passion fruit or a cucumber, I will not hesitate for a moment to pick a cucumber. Please do not laugh. I love those fresh crispy cucumbers, straight from the home garden, prickly and fragrant.
Unexpectedly I discovered (tа-dа!) a taste of bread and butter. This simple, classic and true taste. It came to me as an old friend whom you had not seen for ages, but it feels as if you never left each other. The taste of bread and butter – so profound and dear. 
I will give out my recipe: first you need to get a little hungry. Take a good walk for example. On the way back you could also buy some bread, because to make the right sandwich you will need some freshly baked bread. Any type of bread will do: black or white; wheat, rye, buckwheat, bran, grain; yeast or gluten free - the main thing is that you like this bread.
You will also need some good fresh natural cream butter. With a pure flavour and smell. Not salty. (If necessary - you will add some coarse salt yourself. Or some pepper, if you feel like eating spicy). 
Preparation: slice a fair piece of bread and butter it generously. 

Please sit down and make yourself comfortable, exhale, smile and eat thoughtfully your “bun” and butter. You may also think of your dear Granny and tell her thank you.

Olga Marusina

⁕syrniki    a hybrid between a pancake and a cheesecake, made with quark
⁕⁕samovar    a big metal container traditionally used to boil water 
⁕⁕⁕ an old Russian tradition: drinking tea from a saucer to cool it down
⁕⁕⁕⁕ some categories of Soviet people were privileged to receive special food supplies at work (“zakazi”): from black and red caviar to ordinary butter and cheese, goods that were hard to find in shops.

Vote fot this story at Open Eurasian Literature Festival and Book Forum 

Vorig artikel Tatyana Galtseva - Passie voor Bruegel of De zotheden van de wereld
Volgend artikel Aan de rand van de stad

Oktober 2019

 

Russisch leren

Lesexpres Russisch, dr. Bart-Jan Hommes